Текст песни Вера Полозкова – Никаких сирот (feat. Eduard Konovalov)

Вера Полозкова – Никаких сирот (feat. Eduard Konovalov) слова

Ты, говоришь, писатель? Так напиши:
У дрянного этого времени нет души
Ни царя, ни сказителя, ни святого
Только бюрократы и торгаши
Раз писатель, то слушай, что говорят:
Трек хороший, но слабый видеоряд
Музыка с головой заливает город
Жители которого вряд ли ведают, что творят
Ты-то белая кость, а я вот таксист простой
Я веселый и старый, ты мрачный и холостой
Ты набит до отказа буквой из телефона
А я езжу праздничный и пустой
Одному вроде как и легче, но помни впредь:
До детей наша старость, как подвесная клеть
Все качается в темноте нежилым Плутоном
И все думают — ну уж нет, там не жить, а тлеть
А потом приходит к тебе дитя:
И вдруг там, на Плутоне, сад тридцать лет спустя
Да и ты, не такой уж страшный, выносишь кружки
И варенье яблочное, пыхтя
Напиши, знаешь, книгу, чтоб отменила страх:
Потому что я — говорящий прах, да и ты — говорящий прах
Но мы едем с тобой через солнечную Покровку
Как владельцы мира, на всех парах
Потому что ведь я уйду, да и ты уйдешь:
А до этого будет август, и будет дождь
И пойдет волнушка, и станет персик
Прямо тот, что исходит медом и плавит нож

Покуда волшебства не опроверг
Ничей смешок, мальчишка смотрит вверх:
Там, где у нас пурга или разлука,
На горизонте вырос фейерверк
Секундой раньше собственного звука
Там окон неподвижное метро
Дымы стоят, как старые пьеро
Деревья — как фарфоровые бронхи:
Всему, всему подводится итог
И в небе серебристый кипяток
Проделывает ямки и воронки
И мы крутые ласковые лбы
В веселом предвкушении судьбы
О стекла плющили, всем телом приникали:
Засечь сигнал, узнать границу тьмы
Той тьмы, где сомневающимся мы
Работаем теперь проводниками

Интересное  Mary Gu, Loc-Dog - Белая ворона

Дед Владимир вынимается из заполярных льдов
Из-под вертолетных винтов
И встает у нашего дома
Вся в инее голова
И не мнется под ним трава
Дед Николай
Выбирается где-то возле реки Москвы
Из-под Новодевичьей тишины и палой листвы
И встает у нашего дома
Старик в свои сорок три
И прозрачный внутри
И никто из нас не выходит им открывать
Но они обступают маленькую кровать
И фарфорового, стараясь дышать ровней
Дорогого младенца в ней
— Да, твоя порода, Володя, — смеется дед Николай.
Мы все были чернее воронова крыла
Дед Владимир кивает из темноты:
— А курносый, как ты
Едет синяя на потолок от фар осторожная полоса
Мы спим рядом и слышим тихие голоса
— Ямки Веркины при улыбке, едва видны
Или Гали, твоей жены
И стоят, и не отнимают от изголовья тяжелых рук
— Представляешь, Володя? Внук
Мальчик всхлипывает, я его укладываю опять
И никто из нас не выходит их провожать
Дед Владимир, дед Николай обнимаются и расходятся у ворот
— Никаких безотцовщин на этот раз
— Никаких сирот

Гляди, гляди: плохая мать
И скверная жена
Умеет смерти лишь внимать
Быть с призраком нежна
Живое мучить и ломать
А после в гамаке дремать
Как пленная княжна
Зачем она бывает здесь
На кой она сдалась
Ее сжирает эта спесь
И старит эта власть
Не лезь к ней, маленький, не лезь
Гляди, какая пасть
Но мама, у нее есть сын
Льняная голова
Он прибегает к ней босым
Чирикая слова
И так она воркует с ним
Как будто не мертва
Как будто не заражена
Не падала вдоль стен

Интересное  Бутырка - Временно

Как будто не пережила
Отказа всех систем
Как будто добрая жена
Не страшная совсем
Он залезает на кровать
Кусается до слез
Он утром сломанную мать
У призраков отвоевать
Бросается как пес
И очень скоро бой принять
Суровый смертный бой принять
Придется им всерьез

Дебора Питерс всегда была женщина волевая
Не жила припеваючи — но жила преодолевая
Сила духа невероятная, утомляемость нулевая
Дебора Питерс с юности хотела рыжую дочку
Дебора растила Джин в одиночку
Перед сном целовала пуговичку, свою птичку, в нежную мочку
Дебора несчастна: девчонка слаба умишком
Эта страсть — в пятнадцать — к заумным книжкам
Сломанным мальчишкам, коротким стрижкам:
Дебора считает, что это слишком
Джинни Питерс — закат на море, красная охра
Джинни делает вид, что спятила и оглохла:
Потому что мать орет непрерывно, чтоб она сдохла
Когда ад в этом доме становится осязаем
Джинни убегает, как выражается, к партизанам
Преодолевает наркотики, перерастает заумь
И тридцатилетняя, свитерочек в тон светлым брюкам
Дебору в коляске везет к машине с неровным стуком:
Вот и все, мама, молодчина, поедем к внукам
Дебора сощуривается: бог обучает тонко
Стоило почти умереть, чтоб вновь заслужить ребенка
— Лысая валькирия рака
Одногрудая амазонка
Стоило подохнуть почти, и вот мы опять подружки
Как же я приеду вот так, а сладкое, а игрушки
Двое внуков, мальчишки, есть ли у них веснушки?
Я их напугаю, малыш, я страшная, как пустыня
— Ты красавица, мама, следи, чтобы не простыла
— Стоило почти умереть, чтобы моя птичка меня простила

Купим дом на краю земли и посадим деревце
Каждые три шага по деревцу, так хуже обстреливается
Купим дом и выложим его камнем, моя красавица
Камень не горит даже старым и скверно плавится
Будет годовщина, и все придут говорить о смерти словно о вымысле
Будут одноклассники сыновей, и они так выросли
Если ткань не спрячет ожога, то ты расправь ее
Младших выведем за руки, старших вынесем фотографии
Выйдем на порог, и кто-то прищурит глаз и промолвит «Замерли»
Не задетой частью лица повернемся к камере
Будут гости сидеть под звездами, пить, что лакомо
Потому что дети наши опознаны и оплаканы
Потому что ничья душа не умеет гибели
И они стреляли в упор, а души не выбили

Интересное  ФОГЕЛЬ - Останусь рассветом (feat. Dr. Shaman)

Как тонкий фульгурит
Как солнце через лед
Как белоснежный риф
Коралловый сквозь воду
Печаль моя горит
И луч ее придет
Чтоб выпустить других
Погасших на свободу
Я собираю клятв
И обещаний лом,
Стол битого стекла
Стол колотого кварца
Один и тот же взгляд
У преданных кругом
И я готовлю им
Прозрачное лекарство
Чтоб в день, когда у них
Мир выпадет из рук
И демоны рывком
Им воздух перекроют
Из-за угла возник
Стремительный тук-тук
И с дребезгом повез
На Карияппа роуд
А тут всегда святой
Послезакатный час
На дымчатом орлы
На серебристом лодки
А там, над пустотой
Веселый лунный глаз
Читает нас с листа
Как крохотные нотки
И больше ничего
Достаточно глотка:
Стихают голоса
И отступают лица
Простое волшебство
Печаль моя река
Быть может, и твоя
В ней жажда утолится

Понравился текст песни?
Оставьте комментарий ниже

Слова песен исполнителя Вера Полозкова
Оцените статью
Добавить комментарий